ИССЛЕДОВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И КАСПИЯ В XVII И ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА

ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ

Русские послы в Монголии и Китае XVII века, Исследователи Тибета, Первый поход Бековича-Черкасского и известия об Аму-Дарье, Второй поход Бековича-Черкасского и гибель его отряда, Каспийские экспедиции Вердена и Соймонова

ИССЛЕДОВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И КАСПИЯ В XVII И ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА

Расширение для заработка в браузере без вложений

                        Русские послы в Монголии и Китае XVII века

В 1615 г. из Томска в Монголию был отправлен атаман Василий Тюменец. На лошадях он поднялся вверх по долине реки Томь, пересек Горную Шорию, перевалил Абаканский хребет, Западный Саян и проник в Туву («Табынекую землю»).
  Тюменец был первым русским землепроходцем в Туве, описавшим страну в немногих словах: «А Табынская земля то же Киргизские земли, только живут о себе, а дань дают в Киргизскую землю и к Алтыну-царю (монгольскому хану): кто к ним ни придет, тому и ясык [ясак] дают. А живут они по лесам, меж гор в ослонах, переходят, где кому место полюбится, а шубы носят оленьи и козьи, а кормятся зверем, бьют лоси и олени и козы; мясо едят, а в кожах делают платье. А угодий у них никаких нет, и хлеб не родится, и коров и овец нет, только одни лошади да олени... А леса и горы в Киргизской земле каменные велики».
  Затем Тюменец пересек верховья Кемчика (система верхнего Енисея), перевалил несколько хребтов и по широкой речной долине (возможно, реки Карты) прошел к горному (1425 м) соленому озеру Урэг - Нур. (50°Ю' с. ш. и 91° в. д.). Повернув на восток и спустившись в степь, он вышел к самому крупному в Монголии озеру Убсу-Нур (у 50° с. ш. и 93° в. д.), где находился в то время монгольский хан, и первый описал это озеро.
  Успешно были закончены дипломатические переговоры — хан согласился перейти в русское подданство. После этого Тюменец с послами хана двинулся на родину тем же путем и в конце ноября 1615 г. прибыл в Тобольск. В записи его рассказа о пройденном пути имеется краткое описание северо-западной Монголии — первое, составленное русским.
Маршрутом Тюменца воспользовался первый русский посол в Китай, сибирский казак Иван Петлин. В 1618 г. он был отправлен в Томск и вместе с послами монгольского «Алтын-хана», повторив маршрут Тюменца, через три недели прибыл к озеру Убсу-Нур, которое описал несколько подробнее своего предшественника. Отсюда путешественники двинулись на юго-восток, перевалили хребет Хан-Хухэй — северо-западное продолжение Хангайского хребта, а затем и сам Хангай (в верховьях реки Д з а б х а н). Затем они двинулись к востоку вдоль южных склонов Хангая и прошли около 800 км по Монголии (Петлин при этом описал ламаистские монастыри). У излучины реки Керулен (у 109° в. д.) они повернули на юго-восток и пересекли пустынные пространства Гоби. Не доходя Калгана, Петлин — первый из известных нам русских — увидел Великую Китайскую стену и описал ее. В начале сентября он прибыл в Пекин. Обратно посольство двинулось в октябре того же года и не позднее июня 1619 г. вернулось в Томск. Петлин описал свой маршрут туда и обратно, столицу Китая и три других китайских города в своей «Росписи Китайскому государству... и иным государствам жилым и кочевым, и улусам, и великой Оби, и рекам и дорогам».
  В 1653 г. отправилось в Китай русское посольство, второе после Петлина; во главе его стоял сын боярский, воевода Федор Исаакович Байков, человек неграмотный, но больших способностей и памяти. Составленный с его слов «Статейный список» (1658 г.) — очень важный географический документ, в котором даны расстояния в днях караванного пути, характер дороги, броды, мосты и тому подобные сведения.
  Байков вышел из Тобольска осенью 1654 г. вверх по Иртышу; он запомнил все большие и даже многие малые притоки Иртыша и характер его берегов. Дойдя до верховий, Байков двинулся на юго-восток и достиг пустыни Джунгарская Гоби, которую он описал кратко, но образно: «камень, степь голая, только лес небольшой, называют его соскоул [саксаул], растет не высоко, а дерево тяжело; а на огне горит, что дуб, топко».
  Дальнейший его путь по Джунгарии пролегал вдоль Черного Иртыша, вдоль южных склонов Монгольского Алтая через хребет Гурван-Сайхан к торговому городу Гуйсуй. Оттуда в конце января 1655 г. посольство двинулось на восток, в феврале прибыло в Калган, а затем — в Пекин. Таким образом, Байков пересек почти в широтном направлении всю Монголию и Северный Китай.
  Дипломатические переговоры в Пекине длились более полугода и ни к чему не привели из-за отказа Байкова выполнить унизительные, по его мнению, дворцовые церемонии. Вернулся он в Тобольск в 1656 г.
  В 1675 г. царь Алексей Михайлович отправил в Китай большое посольство (150 человек) во главе с молдавским греком Николаем Гавриловичем Спафарием, образованным человеком, переводчиком Посольского приказа. Основной целью посольства было — уладить недоразумения на амурской границе и завязать торговые сношения с Китаем. Другая, очень важная задача, поставленная перед послом, заключалась в составлении обстоятельного описания новых русских владений в Сибири и пограничных с нею стран.
  По рекам системы Оби посольство дошло до Маковского волока, перебралось в Енисейск и до середины сентября поднималось по Ангаре до Байкала. Переправившись через озеро в самом узком месте к устью Селенги, Спа-фарий поднялся по ней до устья Уды и прошел на северо-восток вдоль правого берега реки до озера Большое Еравное. Это был новый для европейцев путь, «где прежде сего никто не бывал». Затем он перевалил Яблоновый хребет и по рекам Чите и Ингоде (система Шилки) прибыл в Нерчинск. Отсюда он двинулся на юго-восток, пересек горную полосу юго-востока Забайкалья, реку Аргунь, перевалил хребет Большой Хинга н и вышел к городу Цицикар, на реке Нонни (иначе Нуньцзян — приток Сунгари). Отсюда Спафарий двинулся на юго-запад и, закончив пересечение Маньчжурии (теперь Северо-Восточный Китай), в середине мая 1676 г. прибыл в Пекин. Не добившись дипломатического успеха в Китае, Спафарий вернулся тем же путем в Восточную Сибирь весной 1667 г.
  По материалам своего дорожного дневника Спафарий дал подробное и в общих чертах верное описание сибирских рек и ряд других физико-географических данных о Сибири. Свой дневник Спафарий назвал так: «Книга, а в ней писано путешествие царства Сибирского от города Тобольска и до самого рубежа государства Китайского...» Этот дорожный дневник впервые опубликован в 1882 г. Очень большим успехом пользовался другой труд Спафария «Описание первые части вселенныя, именуемой Азии, в ней же состоит Китайское государство...» Известны многие его списки XVII и XVIII вв.; сведения, приводимые русским послом, использованы, в частности, иезуитами, проявлявшими большой интерес к Китаю, где они прочно обосновались при маньчжурской династии.

                                                Исследователи Тибета

После Антана Андради крупнейшим европейским исследователем Тибета в XVII в. был немец-иезуит Иоганн Грубер, путешествовавший вместе с другим иезуитом, французом Альбером Орвиллем. Из Пекина они были отправлены в Рим с тайным поручением. Голландцы не согласились отвезти иезуитов морем из Китая в Индию, и обоим монахам пришлось идти туда сухим путем. В апреле 1661 г. они вышли из Пекина и через полгода, пройдя через район озера Кукунор, дошли до Лхасы. Там они пробыли полтора месяца и через Непал в марте 1662 г. добрались до Агры (Северная Индия). Орвилль, по-видимому, остался в Индии. Грубер же повернул дальше на запад, пересек Пенджаб, долину Инда, все Иранское нагорье (в южной полосе), Месопотамию и Малую Азию до Смирны, а оттуда морем направился в Рим, куда прибыл в феврале 1664 г. Грубер и Орвилль были первыми европейцами, пересекшими с северо-востока на юг Тибетское нагорье и, несомненно, побывавшими в Лхасе. (В том, что ее посетил Одорико из Порденоне, некоторые историки сомневаются.) Отчет Грубера о его путешествии короток и сух, но он, однако, содействовал расширению европейских знаний о Центральной Азии. После Грубера в первом десятилетии XVII в. Лхасу посетили в разное время три миссионера-францисканца («капуцины»),
  В 1713 г. из Тобольска в Китай был послан на поиски в районе Яркенда золотых россыпей («песочного золота») сын боярский Трутников. Не зная, где находится Яркенд, Трушников пересек Джунгарию и восточную часть Кашгарии и проник на северо-восточную окраину Тибетского нагорья. Он посетил озеро Кукунор, город Синин и достиг основания луки Хуанхэ. Затем, вероятно, обычным путем он добрался до Калгана, а оттуда через Монголию вернулся в Сибирь (1716 г.).
  Иезуит Ипполит Дезидерий был отправлен в Тибет под официальным предлогом восстановить миссию в Цапаранге, организованную Антаном Андради и закрытую, как выше указывалось, в 1641 г. Вряд ли те, кто посылал Дезидерия, или он сам, смешали Цапаранг с Лхасой, как предполагают некоторые историки: эти пункты находятся на различных речных системах и отстоят друг от друга почти на 1200 км по прямой линии. Вероятнее, что Дезидерий получил задание непосредственно снестись с центральной тибетской властью, тогда еще фактически независимой от маньчжурской династии, захватившей власть в Китае. Так или иначе, но он совершил длинное путешествие по Южному Тибету, минуя Цапаранг.
  Из Агры Дезидерий через город Джамму перешел в Сринагар (Кашмир), где прожил полгода, а оттуда в Лех (на верхнем Инде), перевалив Большие Гималаи. Следуя далее вверх по долине Инда в юго-восточном направлении до его истока (Гартанг), он подошел к верховью другой реки, текущей в противоположном направлении, — Мацанг, которая ниже по течению называлась Цангпо. Дезидерий вступил в долину верхней Брахмапутры и по ней достиг Лхасы. Таким образом, Дезидерий разведал важнейшую горную дорогу, соединяющую юго-западный Тибет с юго-восточным, где находится Лхаса, и связал свой маршрут с маршрутами своих предшественников — католических миссионеров. Он отправил одного из своих спутников-монахов через Непал в Северную Индию, а сам прожил четыре года в юго-восточном Тибете. После вступления в Лхасу войск маньчжурского императора Китая (1720 г.) Дезидерий покинул Тибет и вернулся через Непал в Индию. Он составил подробное географическое описание южного Тибета, которое было извлечено из римских архивов лишь в XX в.

                    Первый поход Бековича-Черкасского и известия об Аму-Дарье

Прослышав о том, что Аму-Дарья будто бы впадает в Каспийское море, что на ней есть золотые россыпи и что по ней можно дойти до Индии, Петр I послал в 1715 г. на Каспий экспедицию, во главе которой поставил Александра Бековича-Черкасского, кабардинского князя, в малолетстве привезенного в Россию и воспитанного в семье князя Б. А. Голицына.
  Весной 1715 г. во главе отряда в 1500 солдат Черкасский вышел морем из Астрахани, перешел до полуострова Мангышлак и прошел морем вдоль всего восточного побережья Каспия до его юго-восточного угла; за мысом «Песчаным» он открыл залив, который назван его именем — Александрбай (у 43° с. ш.), описал находящийся к югу от него (за мысом Ракушечным) Казахский залив, но прошел мимо узкого пролива, ведущего в Кара-Богаз-Гол (у 41° с. ш.), приняв пролив за небольшой залив. Он посетил затем Балханский залив (теперь Красноводский). У этих «Красных Вод», как назвал залив Черкасский, он и его спутники опросили приморских туркмен и, не совсем правильно поняв их, сделали вывод, что Аму-Дарья впадала сравнительно недавно в Каспийское море. Черкасский даже «отыскал» прежнее устье этой реки, а его разведчики собрали сведения, будто хивинцы запрудили устье, из-за чего река потекла в Аральское море. Продолжая путь на юг, Черкасский прошел мимо острова Челекен (теперь полуостров Дервиш) и дошел до Астрабадского залива (теперь Горганский).
  Рассказ о недавнем заграждении течения Аму-Дарьи основан был на местной туркменской легенде, но об этом узнали только впоследствии. Во всяком случае, один важный географический результат был достигнут: Черкасский правильно установил, что — по крайней мере во время его посещения — Аму-Дарья впадает не в Каспийское море, а далеко к северо-востоку — в Аральское море.

                  Второй поход Бековича-Черкасского и гибель его отряда

Из доклада Черкасского Петр I заключил, что Аму-Дарью можно снова направить в Каспийское море. Немедленно он приказал организовать в Астрахани большую экспедицию (свыше шести тысяч человек) и во главе поставил того же Черкасского. Петр приказал ему построить крепость у Каспия — там, где прежде было устье Аму-Дарьи, и оставить в новой крепости гарнизон в тысячу человек. Сам же Черкасский должен был отправиться оттуда вдоль старого русла Аму-Дарьи, осмотреть плотину, заградившую течение Аму-Дарьи, и определить, возможно ли снова направить ее воды в Каспийское море. Он должен был также по возможности запереть рукава реки, ведущие в Аральское море.
  Для перевозки войска на восточный берег Каспийского моря была построена специальная флотилия, состоящая почти из ста судов. В первую очередь Черкасский перевез на восточный берег Каспия три полка солдат. 15 сентября он вышел из устья Волги, а 9 октября прибыл к полуострову Тюб-Караган. Там он заложил крепость (теперь форт Шевченко) и прошел к заливу Александрбай, где также оставил значительный гарнизон. У «Красных Вод» Черкасский заложил третью крепость (на этом месте позднее вырос важнейший туркменский порт Красноводск). Оттуда Черкасский пошел в поисках Аму-Дарьи на юго-восток. Ему показалось, что он идет по пересохшему руслу реки: вероятно, это был шор Балханский. Из Красноводска Черкасский отправил хивинскому хану трех людей с сообщением о том, что намерен его посетить и требует помощи, но посланцы не возвратились. Оставив в новой крепости гарнизон, Черкасский вернулся берегом в Астрахань, откуда решил идти на Хиву сухим путем.
  На этот раз, так как солдаты были распределены по закаспийским гарнизонам, в отряде Черкасского было около 3000 человек; кроме того, к нему присоединилось около двухсот торговых людей. Часть отряда была сухим путем направлена к устью Урала, в Гурьев, Черкасский же с другой частью перешел туда морем в июне 1717 г. Из Гурьева объединенный отряд двинулся на восток, на плотах переправился через Эмбу, повернул на юго-восток и пересек плато Устюрте самый разгар лета, очень страдая от жары и жажды. В середине августа показались озера, образуемые сбросовыми водами оросительных каналов, отведенных от Аму-Дарьи на окраине Хивинского оазиса.
  Приблизительно в ста верстах к северо-западу от Хивы большой хивинский отряд под начальством самого хана пытался остановить русских, но был отбит. Хан отошел к городу и вступил в переговоры с Черкасским; тот сообщил, что прибыл как российский посол для переговоров с ним. Тогда хан заявил, что он охотно примет такое посольство. «Бекович в сие время получил известие, что жена его... утонула с двумя своими детьми в Волге. Он впал в уныние и обезумел». Он согласился на предложение хана — по частям впустить отряд в город с тем, чтобы русские были расквартированы там небольшими группами. А затем по приказу хана хивинцы напали на русских и перебили всех. Убит был и Черкасский. «К несчастью Бекович был легковерен, упрям и несведущ, и предприятие великое с ним вместе погибло».
  Когда весть о гибели отряда дошла до начальников гарнизонов, распределенных по восточному берегу Каспия, они эвакуировали крепости. Примерно через полвека, когда у Красноводского залива появилась новая русская экспедиция, она нашла там одни лишь развалины крепостей, построенных Черкасским.

                             Каспийские экспедиции Вердена и Соймонова

В 1719 г. снаряжена была на Каспийское море новая экспедиция под начальством выходца из Голландии Карла Вердена. Он состоял раньше штурманом в шведском флоте, в 1703 г. был взят в плен и принят на русскую военно-морскую службу в качестве гидрографа. Помощником его был назначен Федор Иванович Соймонов.
  В начале июня экспедиция Вердена на трех судах вышла из Астрахани в море, произвела опись всего западного берега Каспия и нанесла его на карту. При этом к югу от Баку впервые были описаны три островка — Наргин, Вульф и Песчаный: первые два названы были так по сходству с одноименными островками Балтийского моря, близ Таллина.
  В следующем, 1720 г. экспедиция Вердена обследовала и нанесла на карту все южное побережье Каспия до Горганского залива, связав, таким образом, свою съемку с работой Бековича-Черкасского. По этим материалам Верден и Соймонов составили первую приблизительно верную «картину плоскую моря Каспийского». Наибольшие ошибки были при нанесении восточного побережья.
  Некоторые ошибки были исправлены Каспийской экспедицией Соймонова в 1726 г. В частности, Соймонов открыл вход в залив Кара-Богаз-Гол, но не решился войти в самый залив, так как боялся потерпеть крушение на подводных камнях. За полгода Соймонов обошел все побережье Каспийского моря и уточнил местоположение ряда астрономических пунктов. По материалам своей экспедиции он составил «Описание Каспийского моря от устья реки Волги до устья реки Астрабадской» с генеральной картой моря и атласом частных карт.


Непал.Ру

Просмотров: 911