ВЕЛИКАЯ СЕВЕРНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ. ПЛАВАНИЯ БЕРИНГА, ЧИРИКОВА И ОТРЯДА ШПАНБЕРГА И ОТКРЫТИЕ РУССКИМИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ АМЕРИКИ, АЛЕУТСКИХ И КОМАНДОР

ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ

Организация и задачи экспедиции, Плавание Беринга, открытие Северо-западной Америки и островов в заливе Аляска, Открытие Алеутских и Командорских островов и смерть Беринга, Зимовка команды «Св.Петра» на острове Беринга и возвращение на Камчатку, Плавание Чирикова, открытие Северо-западной Америки и американских островов, Опись отрядом Шпанберга Курильской цепи и открытие северного пути в Японию

ВЕЛИКАЯ СЕВЕРНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ. ПЛАВАНИЯ БЕРИНГА, ЧИРИКОВА И ОТРЯДА ШПАНБЕРГА И ОТКРЫТИЕ РУССКИМИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ АМЕРИКИ, АЛЕУТСКИХ И КОМАНДОР

Расширение для заработка в браузере без вложений


                                          Организация и задачи экспедиции

В 1733 г. правительство поставило Витуса Беринга во главе новой экспедиции  с очень широкими заданиями, назначив «ему в товарищи другого капитана, доброго, из русских» — Алексея Ильича Чирикова. Задания были распределены следующим образом. Сам Беринг и Чириков должны были пересечь Сибирь и от Охотска или Камчатки отправиться для исследования противоположных берегов Северной Америки («обыскание американских берегов от Камчатки»). Мартын Шпанберг — второй помощник Беринга — должен был нанести на карту Курильские острова, а затем плыть к Японии и установить с ней связь («обсервация и изыскание пути до Японии»). Несколько отрядов экспедиции должны были нанести на карты северные берега России от Архангельска до крайнего северо-востока и по возможности до Камчатки для исследования Северного морского пути («для подыскания известия... имеется ли проход Северным морем»). Наконец, так называемый «Академический отряд» должен был исследовать внутренние районы Сибири. Работа экспедиции должна была закончиться через шесть лет, но фактически она затянулась еще на несколько лет.
  Общее начальство над всеми отрядами этой географической экспедиции, величайшей по объему заданий, исследуемой территории и числу участников, возлагалось на Беринга. Но фактически, когда он перешел из Якутска в Охотск, ему был подчинен, кроме его собственного отряда, только отряд Шпанберга, а северные отряды работали самостоятельно, непосредственно подчиняясь Адмиралтейств-коллегии (морскому ведомству). Для научной работы Академией наук были прикомандированы к экспедиции несколько профессоров и студентов. Именно эту группу работников обычно называют «Академическим отрядом Великой Северной экспедиции».
  К концу второго года передовой отряд экспедиции прибыл в Охотск и приступил к постройке судов. Но сам Беринг три года сидел в Якутске, где в конце концов скопилось до восьмисот участников разных отрядов. Там были офицеры, иногда с женами и детьми, научные работники, топографы, мастеровые, матросы, солдаты и ссыльные, назначенные для перевозки грузов из Якутска. Петербургское начальство вышло из терпения и лишило слишком медлительного и осторожного капитан-командора Беринга прибавочного жалованья. Тогда Беринг перешел в Охотск, но там сидел еще три года.
  Наконец, Адмиралтейств-коллегия дошла до высшей точки раздражения: «Из полученных Коллегией рапортов усмотрено только одно, что леса заготовляются, и суда строются, и паруса шьются. А к которому времени будут готовы и в надлежащий путь отправятся, о том не показано». И начальство справедливо указывало, что «лесам давно надлежало быть приготовленным и судам построенным и парусам сшитым», и потребовало от Беринга «в путь свой отправляться без всякого замедления, не утруждая, яко излишними, без всякого действия переписками».
  Пришлось переходить из Охотска на Камчатку. Время было позднее (сентябрь), и Беринг решил зимовать на восточном берегу Камчатки, у Авачинской губы, в открытой его моряками прекрасной гавани, которую он назвал Петропавловской — по двум судам экспедиции, «Святому Петру» и «Святому Павлу».
  5 июня следующего, 1741 г., через 8 лет после отъезда экспедиции из Петербурга, Беринг и Чириков вышли к берегам Америки. Каждый из них командовал судном водоизмещением около 100 т с командой в 75 человек. На корабле Беринга «Св. Петр» был молодой ученый Георг Вильгельм Стеллер, прославившийся описанием этого плавания.

Плавание Беринга, открытие Северо-западной Америки и островов в заливе Аляска

Беринг взял сначала курс на юго-восток, к 45-й параллели с. ш., в поисках несуществующей «Земли Жуана-да-Гамы». Потеряв напрасно больше недели, оба судна взяли курс на северо-восток. 21 июня суда навсегда разлучились. «Св. Петр» Беринга в одиночестве продолжал путь на восток. После полуторамесячного плавания, считая со дня выхода из Петропавловской гавани, 17 июля 1741 г., на 58° 14' с. ш., «С в. Петр» достиг, наконец, американского берега, и, плавая у него, команда видела величественный снеговой хребет Святого Ильи с одноименной вершиной (гора Св. Ильи, 5488 м, одна из высших точек Северной Америки). Все поздравляли Беринга с великим открытием. Но шестидесятилетний капитан-командор не проявлял никаких признаков радости, завидев берег, к которому его впервые посылал 17 лет назад Петр I. Он не знал точно, где находится, и с тревогой смотрел в будущее.
  Когда судно подошло ближе к земле, команда увидела ровный и плоский берег. Высокий, стройный хвойный лес подходил почти к самому морю. Тогда Беринг повернул на запад и, медленно подвигаясь вдоль берега, через два дня открыл небольшой остров (Каяк). Беринг отправил на остров лодку с пресной водой под командой «мастера флота» (старшего штурмана) Софрона Федоровича Хитрово, но неохотно отпустил на берег натуралиста Стеллера. Последний позднее жаловался, что на подготовку экспедиции ушло десять лет, а на исследования ему дали только десять часов, как будто приходили только «для взятия и отвозу из Америки в Азию американской воды». Равнодушный (или уже больной) капитан-командор сам, по-видимому, ни разу не сходил на американский берег.
  Не наполнив даже всех бочек пресной водой, Беринг отплыл от острова на юго-запад по вероятному направлению берега, который лишь иногда выступал на севере, в тумане... Через день, 26 июля, со «Святого Петра» увидели высокий берег неизвестной земли, вероятно — Кадьяк, самый крупный из островов залива Аляска. Через неделю судно в тумане подошло ближе к берегу материка — к узкому полуострову Аляска, где видны были снеговые горы. На судне треть команды была уже больна цингой и, кроме того, не хватало пресной воды.
  3 августа открыли остров «Туманный» (по предложению английского мореплавателя конца XVIII в. Джорджа Ванкувера, он переименован в остров Чирикова). 5 августа открыты были Евдокеевские острова (иначе — Семиди) — у берегов полуострова Аляски. Три недели уже «Св. Петр» лавировал против сильного противного ветра и за это время мало продвинулся вперед, на юго-запад. Цинга усиливалась. 10 августа на совете офицеров, который созвал Беринг, решено было идти прямо на Камчатку. Из команды первым умер матрос Никита Шумагин, его именем Беринг назвал острова, открытые 29 августа у юго-западной оконечности Аляски, на одном из которых и похоронили (31 августа) первую жертву экспедиции. Там «Св. Петр» стоял неделю, набирая воду, и за это время моряки впервые встретились с «американцами»-алеутами, как их через несколько лет начали называть русские.

               Открытие Алеутских и Командорских островов и смерть Беринга

От Шумагинских островов шли все время на запад, в открытом море. Иногда на севере виднелась земля, и моряки принимали ее за Америку, на самом же деле это были Алеутские острова. 25 сентября видели «островов немалое число» — вероятно, из центральной группы Алеутской гряды, а 25—29 октября — три острова из западной группы (Ближние острова).
  Почти все время была очень бурная погода, корабль носило по волнам, «как колоду». Не хватало воды и провизии. Наконец, вдали показался высокий берег (4 ноября). Моряки, умирающие от цинги, голода, холода и от непосильной работы, решили, что подошли к Камчатке. Так как не нашли удобной гавани, то якорь бросили на некотором расстоянии от берега, у скал. Дважды рвались якорные канаты. Неожиданно высокая волна перебросила судно через бурун ближе к берегу, в бухту, сравнительно спокойную и достаточно глубокую. Это было исключительным счастьем после стольких несчастий. Решили перейти на сушу.
  На берегу вырыли в песке ямы для жилья и прикрыли их парусами. Когда закончилась перевозка больных и запасов на берег, только десять человек еще могли держаться на ногах. Двадцать человек умерло; остальные были больны цингой. Больной Беринг целый месяц лежал в землянке, полузасыпанный песком, чтобы теплее было. 8 декабря 1741 г. он умер. Земля, к которой прибило его судно, названа была позднее островом Беринга, а вся группа — Командорскими островами — в честь погибшего капитан-командора. Море, открытое экспедицией Дежнева—Попова, по которому Беринг в 1728 г. так мало и неудачно плавал, было названо Беринговым морем, пролив, через который не он первый прошел, а так же экспедиция, и который нанес на карту не он, а Федоров и Гвоздев, назван Беринговым проливом. К несчастливому капитан-командору Витусу Берингу, как за 130 лет до него к другому несчастливому мореплавателю Генри Гудзону, пришла исключительная посмертная слава.

Зимовка команды «Св.Петра» на острове Беринга и возвращение на Камчатку

После смерти Беринга команду над уцелевшими людьми принял, как старший офицер «Св. Петра», выходец из Швеции, лейтенант Свен (Ксаверий) Лаврентьевич Ваксель, который плавал, между прочим, со своим сыном Лоренцом (Лаврентием), десятилетним мальчиком, благополучно выдержавшим все испытания.
  Зимой специально посланные люди обошли новую землю кругом и убедились в том, что находятся на острове. Но они же обнаружили на западе выброшенный на берег камчатский лес, обломки лодок, саней и т. п. Многим казалось, что в ясную погоду на западе видны высокие сопки, покрытые снегом.
  В течение первых двух месяцев зимовки умерло еще десять человек. Уцелевшие люди до лета 1742 г. жили на острове, первыми обитателями которого они стали. Каждый получал в день 250—400 г муки. Они охотились на морского зверя, и мяса было достаточно. Не было недостатка и в топливе, так как волнами на берег выбрасывало много лесу. Море зимой не замерзало. На острове было очень много песцов; у берегов — множество так называемых камчатских бобров (морских выдр) и громадных, но безобидных млекопитающих — морских коров, теперь вымерших; весной появились бесчисленные стада котиков. И команда занималась охотой, очень легкой на этом острове, где зверь никогда раньше не видал и поэтому не боялся человека. Все вопросы решались на общих собраниях.
  Полуразрушенный корабль «Св. Петр» разобрали. Из его частей весной 1742 г. начали строить новое, небольшое судно («гукор»), также названное «Св. Петром». Среди офицеров и штурманов не было ни одного специалиста-судостроителя, а все три корабельных плотника умерли от цинги. За постройку нового судна взялся красноярский казак Савва Стародубцев, бывший простым рабочим во время постройки экспедиционных судов в Охотске, и успешно завершил ее. Свен Ваксель писал, что ему «едва ли удалось бы справиться с делом без его [Стародубцева] помощи». По представлению Вакселя, Стародубцев в 1744 г. был награжден званием сына боярского.
  Новое судно начали строить 5 мая 1742 г., закончили через три месяца и 9 августа спустили на воду. Длина его (по килю) была 11 м, ширина — 3,7 м. «Разместилось» на нем 46 человек; теснота, конечно, была страшная. В море вышли 13 августа, Камчатку увидели через четыре дня на той же широте, что и остров Беринга (Кроноцкий мыс — 54° 45' с. ш.). Моряки не решились высадиться здесь и пошли к Петропавловску (53° с. ш.), но из-за штиля или противных ветров вынуждены были большей частью идти на веслах и только 26 августа высадились в Петропавловске.

Плавание Чирикова, открытие Северо-западной Америки и американских островов

Потеряв 21 июня из виду судно Беринга, Чириков на «Св. Павле» взял курс на восток, а затем на востоко-северо-восток. После шестинедельного плавания, считая со дня выхода из Петропавловской гавани, в ночь с 15 на 16 июля он увидел, на 55° 36' с. ш., первую американскую землю, горы и лес, спускавшийся к морю (остров Принца Уэльского). Он вполне правильно счел эту землю «подлинной» Америкой. В поисках удобной гавани Чириков повернул на северо-запад и через два дня, найдя подходящее место, выслал на берег (это был остров Чичагова или остров Якоби) на разведку одиннадцать вооруженных людей, а после недели бесплодного ожидания — еще четырех. Все они без вести пропали.
  Потеря 15 человек команды и двух лодок, без которых нельзя было обновлять запасы пресной воды, заставили Чирикова 26 июля повернуть обратно под широтой 58° 21'. Он плыл в течение пяти дней на запад и видел, как за несколько дней до него Беринг, хребет Святого Ильи — высочайшую горную цепь Северной Америки. У открытого им полуострова Кенай он повернул на юго-запад. Кроме этого полуострова, 1—3 августа открыты были большие острова Афогнак и Кадьяк (последний, возможно, вторично — после Беринга).
  Из-за штиля и туманов судно десять недель шло отсюда до Петропавловской гавани. В пути были открыты некоторые из Алеутских островов: 5 сентября — Умнак, из группы Лисьих, наиболее близких к полуострову Аляска; 10 сентября — Адах, из центральной группы, позднее названной Андреяновскими островами (здесь моряки со «Св. Павла» впервые встретились с алеутами); 22 сентября — Агатту и Атту, из группы Ближних островов; 10 октября 1741 г. «Св. Павел» вернулся в Петропавловскую гавань. В пути от цинги умерло шесть человек.
  Рапорт А. И. Чирикова в Адмиралтейств-коллегию от 7 декабря 1741 г. о результатах его плавания является первым в истории описанием северо-западных берегов Америки.
  В мае — июне 1742 г. Чириков повторил на «Св. Павле» плавание на восток от Камчатки, но дошел только до острова Атту, уже виденного им в прошлом году, и из-за туманов и противных ветров повернул назад. На обратном пути, 21 июня, он вторично открыл после Беринга, о котором не имел вестей, остров Беринга, где тогда еще томились люди со «Св. Петра», обошел его с юга, плавал близ него два дня, но когда остров закрылся туманом, двинулся по своему пути к Камчатке. Вернулся он в Петропавловск 1 июля. Чириков просил Адмиралтейств-коллегию, чтобы его отозвали из Сибири в Петербург, но это было сделано только в 1746 г. А через два года, в 1748 г., он умер в Петербурге.

Опись отрядом Шпанберга Курильской цепи и открытие северного пути в Японию

Начальником отряда по изысканию пути в Японию был назначен, как выше указывалось, Мартын Петрович Шпанберг. Для его экспедиции в Охотске построили два судна и отремонтировали третье. Одним судном командовал сам Шпанберг, другим — выходец из Англии Вилим Вальтон, третьим — Алексей Елизарович Шельтинг (сын выходца из Голландии).
  Все три судна 18 июня 1738 г. вышли из Охотска, пересекли в юго-восточном направлении Охотское море и вошли в устье Большой реки на Камчатке. 15 июля они оставили Большерецк и взяли курена юг. Через четыре дня отстал Шельтинг (на следующий день он повернул обратно); еще через пять дней — 24 июля — отстал и Вальтон; Шпанберг в одиночестве продолжал путь в юго-западном направлении, вдоль Курильской гряды островов. Описывая их, Шпанберг дошел до пролива Фриза — к югу от острова Уруп (46° с. ш.) — и обогнул Уруп, приняв его за группу островов, как это видно из представленной им карты. Несмотря на тихую погоду, Шпанберг не решился один идти дальше, к Японии, и вернулся к устью Большой реки (17 августа); позднее он ссылался на недостаток провизии,
  Вальтон, разлучившись со Шпанбергом, прошел на юг гораздо дальше его: он достиг 43° 20', то есть восточного выступа Хоккайдо (полуострова Немуро) и нанес на карту 26 островов. Вернулся он к устью Большой реки на десять дней после Шпанберга. Шпанберг обвинял Вальтона в том, что тот нарочно разлучился с ним. Все три судна зимовали в Большерецке. Во время зимовки моряки построили из березы восемнадцативесельный шлюп «Большерецк», который чаще называли просто «Березовкой». Командиром его Шпанберг назначил Василия Эрта.
  21 мая 1739 г. отряд Шпанберга в составе четырех судов вышел из Большой реки и через четыре дня дошел до северных Курильских островов. Здесь Шпанберг перевел Вальтона на старый бот «Св. Гавриил». 1 июля все четыре судна двинулись прямо на юг до 42° с. ш. на поиски «Земли Жуана-да-Гамы». Не найдя ее, Шпанберг взял курс на юго-запад. На широте 39°30' Вальтон опять разлучился со Шпанбергом. Остальные три судна на 39° с. ш. повернули на запад, подошли 16 июня к северо-восточному берегу острова Хонсю и шесть дней шли на юг вдоль берега. По-видимому, они остановились в районе залива Сендай (между 38 и 38°15' с. ш.); японцы, по их донесениям, 17—21 июня 1739 г. видели там два-три неизвестных судна. Японцы встретили суда далеко не враждебно. Но Шпанберг не решился высадиться на берег, не запасся даже достаточным количеством свежей провизии, хоть у него на судне были больные цингой, и в тот же день (23 июня) снялся с якоря.
  На обратном пути Шпанберг снова (после голландца Фриза) открыл южные Курильские острова, обогнул их и подошел к острову Хоккайдо, но не высаживался на берег. Так Шпанберг и вернулся на Камчатку, не завязав сношений с японцами, то есть не выполнив задания. И все-таки плавания его судов привели к важному результату: отряд Шпанберга открыл и описал северный путь от Камчатки к двум крупнейшим Японским островам — Хоккайдо и Хонсю.
  Вальтон и на этот раз отличился. В одиночестве на старом боте он прошел вдоль восточного берега Хонсю от 37° 42' до 35° 10', то есть до юго-восточного выступа Хонсю. За водой он выслал на берег отряд в восемь человек. Японцы встретили чужеземцев дружелюбно и помогли им набрать воду. Оттуда Вальтон прошел дальше на юг, мимо каких-то цветущих берегов и на 33° 28' с. ш. бросил якорь у маленького острова (вероятно, из группы Идзуситито), где простоял день. В июле Вальтон вернулся к Большой реке, а оттуда в Охотск.
  В 1741 г. Шпанберг осенью послал из Охотска Шельтинга вместе с геодезистом Михаилом Гвоздевым проведать западное побережье Охотского моря. В сентябре они затем в поисках удобной якорной острова.
  В 1742 г. Шпанберг снова пытался дойти из Большерецка до Японии. На этот раз он взял с собой только Шельтинга. На двух судах они достигли 39°30'с. ш. (широта северо-восточного Хонсю), где в тумане разлучились. Шпанберг сейчас же повернул обратно, Шельтинг — у параллели 38° 30' с. ш.
  В августе того же года Шельтинг, исследуя на другом судне южную часть Охотского моря, подошел у 50° 10' с. ш. к восточному берегу Сахалина, который он по карте Фриза принял за «Землю Йессо». Он спустился сначала на юг до 45° 34' с. ш., то есть до широты пролива Лаперуза, не заметил его (как и Фриз) в тумане и повернул обратно. Он шел на север вдоль восточного берега Сахалина, тогда еще совершенно не известного, и через открытое Охотское море вернулся в Охотск.
  Шпанберг оказался очень плохим руководителем исследовательской экспедиции, проявил за эти годы «чрезмерную осторожность», граничащую с трусостью, подозрительность, сварливость и зависть к более удачливым офицерам. И тем не менее участники этой экспедиции добились крупных географических результатов: нанесена на карту (хоть и очень неточную, а в части — неверную) вся «гирлянда» Курильских островов от «Камчатского Носа» до Хоккайдо, западные участки побережья Охотского моря, включая северо-восточный берег Сахалина (он показан, кстати, как остров, а не как полуостров Азии) и часть северной Японии. Эти достижения использованы были уже при составлении восточной части «Генеральной карты Российской империи», изданной Петербургской Академией наук в 1745 г.


Просмотров: 1838