ГОЛЛАНДСКАЯ ЭКСПАНСИЯ В ЮЖНЫЕ МОРЯ

ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ

Первые голландские экспедиции в Индонезию, Первые шаги Нидерландской Ост-Индской компании, Экспедиция Ле-Мера — Схаутена и открытие мыса Горн, Поиски «острова, богатого золотом и серебром». Экспедиции Кваста-Тасмана и Фриза — Схепа, Фантастические Земли Йессо и Жуана-да-Гамы

ГОЛЛАНДСКАЯ ЭКСПАНСИЯ В ЮЖНЫЕ МОРЯ

Расширение для заработка в браузере без вложений

                           Первые голландские экспедиции в Индонезию

Расцвет голландского могущества в южных морях начинается... в Лиссабонской тюрьме. Туда был посажен за долги в 90-х годах XVI в. голландский моряк Корнелис Хаутман. В тюрьме языки развязываются: от своих товарищей по заключению, португальских моряков-неудачников, Хаутман узнал великие тайны — о морских путях, ведущих из Португалии в Индию и к Молуккам. Хаутман сообщил о своей удаче на родину торговой компании «Общества дальних стран». Это сообщение пришлось как нельзя более кстати. Дело в том, что до этого времени голландские («мятежные») корабли могли еще посещать португальские порты, правда — под иностранным флагом. Но в 1594 г. Филипп II испанский (бывший с 1580 г. и португальским королем) решил одним ударом прекратить голландскую посредническую торговлю и конфисковал в Лиссабоне 50 голландских кораблей, принадлежавших «мятежникам и еретикам». Именно тогда голландская компания выкупила Хаутмана из долговой тюрьмы и снабдила его деньгами на экспедицию к «Пряным островам».
  В 1595 г. четыре корабля под начальством Хаутмана покинули Голландию. Осторожно он вел суда вокруг Африки и через Индийский океан, стараясь не попадаться на глаза португальцам. 17 месяцев понадобилось голландцам, чтобы достигнуть Суматры, откуда они продвинулись до Я в ы. Правда, Хаутман не дошел до Молукк; но все же ему удалось закупить на Яве большой груз ценных товаров по сходной цене.
  В 1598 г. Хаутман вернулся на родину, потеряв в пути треть экипажа и два корабля. Если финансовый успех рискованного предприятия не оправдал слишком радужных надежд, то «моральный» эффект был очень велик. Прорвана была португальская монополия торговли с Ост-Индией; голландские купцы завязали непосредственную торговлю с малайскими правителями; и, наконец, голландцы убедились в том, что в «Островной Индии» есть, кроме Молукк, и другие острова, вполне заслуживающие внимания и несправедливо пренебрегаемые португальцами, особенно Ява.
  Немедленно «Общество дальних стран» объединилось с несколькими другими торговыми компаниями. Уже в следующем, 1598 г. была организована новая экспедиция на восьми кораблях (под начальством Ван-Нека). Успех ее совершенно вскружил головы голландским купцам. В короткий срок — через 15 месяцев — четыре корабля вернулись обратно с грузом пряностей, закупленных на Яве. А через год (в 1600 г.) благополучно вернулись и остальные корабли, которые за это время достигли Молукки оттуда привезли пряности, закупив их, конечно, по более дешевой цене, чем их товарищи на Яве.
  В это время Корнелиус Хаутман был уже в пути во главе новой экспедиции, также на восьми кораблях. В 1600 г. он высадился на остров Маврикий, вытеснив оттуда португальский гарнизон. Хаутман первый из голландских моряков оценил значение Маврикия, как важного этапа на прямом пути от мыса Доброй Надежды к Яве. На этот раз и он достиг Молукк и закупил там пряности. Сам он был убит на обратном пути; четыре корабля его экспедиции погибли, но остальные четыре корабля вернулись с ценным грузом, который с лихвой покрыл все расходы по экспедиции.

                     Первые шаги Нидерландской Ост-Индской компании

В Голландии торговые компании на рубеже XVI—XVII вв. росли как грибы. В «Восточную Индию» (по-голландски — Ост-Индия) в 1601 г. были отправлены 84 корабля — неслыханное до того времени число. Торговые компании конкурировали друг с другом, закупая пряности; цены на индийский перец, например, увеличились в Индонезии в 2—3 раза. Напротив, в Европе цены резко снизились (почти наполовину), так как голландцы сразу выбросили на европейские рынки большое количество пряностей. Ряд компаний и много купцов обанкротились. Тогда вмешались Генеральные Штаты, правительство федеративной республики Соединенных Провинций (Нидерланды). Уцелевшие торговые общества были с 1602 г. слиты в одну могущественную корпорацию —-Нидерландскую Ост-Индскую компанию. Ей была предоставлена монополия торговли на 21 год со всеми странами, прилегающими к Индийскому океану, и с Восточной Азией — со всеми «Восточными Индиями». В том же году Компания организовала станцию на мысе Доброй Надежды, из которой вырос Капштадт (англ. — Кейптаун).
  Компания сначала стремилась только к мировой монополии торговли пряностями и приложила все усилия, чтобы немедленно укрепиться на Молукках. Уже в год своего основания она получила от местных правителей исключительное право на скупку мускатного ореха на его родине — островах Банда (менее 50 кв. км), расположенных к югу от большого острова Церам. В 1605 г. голландцы заняли остров Амбойна (около 700 кв. км) у юго-западной оконечности Церама и превратили эту родину гвоздичного дерева в свой опорный пункт на Молукках. А через несколько лет голландцы совершенно вытеснили португальцев не только из Молукк, но и из Цейлона и ряда других районов в Индийском океане.
  Проницательный агент Компании Корнелис Кун первый правильно оценил огромное экономическое и политическое значение Явы и в 1619 г. основал Батавию на северо-западном берегу острова (теперь Джакарта). С этого времени Ява становится важнейшей голландской колонией, управлявшейся Нидерландской Ост-Индской компанией, и базой для захвата всей Индонезии.
  Голландцы практиковали жесткую систему торговой монополии. Они добивались сокращения насаждений некоторых пряных культур, чтобы искусственно поднять цены и в то же время облегчить себе контроль над скупкой и сбытом пряностей. Они вырубали на многих островах дикорастущие коричные и гвоздичные деревья, чтобы сосредоточить сбор корицы и гвоздики на одном-двух Молуккских островах. Они стремились также играть роль посредников в торговле Европы с тропическими странами. Амстердам стал складочным центром для товаров Южной и Восточной Азии. Голландцы завязали торговые сношения с Китаем и Японией и устроили на Яве и Суматре перегрузочные пункты для товаров, идущих из дальневосточных стран.

             Экспедиция Ле-Мера — Схаутена и открытие мыса Горн

Отдельные голландские капиталисты и группы их, не связанные с Нидерландской Ост-Индской компанией, не раз пытались прорвать ее монополию по торговле пряностями и искали новых путей к Молуккам. Одна из таких попыток, связанная с капиталистами голландского города Горн (Хорн), во главе которых стоял беженец из разоренного испанцами Антверпена Исаак Ле-Мер, потерпела полную финансовую неудачу, но привела к крупным открытиям в Атлантическом и Тихом океанах.
  Ле-Мер на средства, собранные гражданами Горна, снарядил два судна и пригласил начальником экспедиции капитана Виллема Корнелисзона Схаутена, трижды уже плававшего к «Индиям» на корабле Ост-Индской компании. С ним он послал торговым комиссаром своего сына Якоба Ле-Мера. В середине июня 1615 г. корабли вышли из залива Зёйдерзе и взяли курс на юго-запад. В Атлантическом океане меньшее судно «Горн» сгорело; команда его спаслась и перешла на большее судно «Эндрахт». В середине января 1616 г. Схаутен провел свое судно мимо восточного входа в Магелланов пролив: путь через Магелланов пролив, как и вокруг мыса Доброй Надежды, был объявлен монополией Ост-Индской компании. На рассвете 24 января, в середине лета, Схаутен увидел перед собой гористую, покрытую снегом (на 55° ю. ш.) землю — юго-восточный выступ Огненной Земли; через несколько часов открылась на востоке другая высокая земля. Обе земли были разделены «хорошим проливом», который Схаутен назвал проливом Ле-Мер. 28 января голландцы вплотную подошли к восточной земле. Они проследили только часть ее побережья, решили, что перед ними — северный выступ Южного материка, и в честь нидерландского правительства назвали ее Землей (Генеральных) Штатов.
  Пройдя пролив Ле-Мер, голландцы повернули на юго-запад. «Мы встретили,— пишет Схаутен,—сильную волну и ярко-синюю воду, которая вселила в нас уверенность, что мы находимся в Великом Южном море (Тихом океане). Это нас очень обрадовало, так как мы решили, что открыли путь, доселе неизвестный людям... К вечеру (29 января) мы опять увидели землю и на северо-западе. Она вся состояла из высоких, покрытых снегом гор и кончалась острым выступом, который мы назвали мысом Горн...» Так в третий раз после испанца Осеса и англичанина Дрейка, и на этот раз уже окончательно, был открыт важнеишии морской путь  связывающий Атлантический океан с Тихим, и доказано, что Огненная Земля — остров, а не северный выступ Южного материка. Таким образом, Ле-Мер и Схаутен, «открыв» один мнимый выступ Южного материка — Землю Штатов, «закрыли» другой его мнимый выступ — Огненную Землю. Долго считали мыс Горн оконечностью Огненной Земли, пока не доказано было, что он находится на небольшом острове Горн.
  Стремясь за пряностями к Молуккам, Ле-Мер и Схаутен дошли в Тихом океане приблизительно до 15° ю. ш., а затем пересекли океан в западном направлении. В пути они открыли несколько атоллов в архипелаге Туамоту и три вулканических острова к юго-западу от архипелага Самоа. От них они взяли курс к северному берегу Новой Гвинеи. Следуя вдоль берега, на некотором расстоянии от него, они открыли на 2° ю. ш. и 145° в. д. несколько небольших вулканических островов, а у экватора и 136° в. д. (у северо-западного выступа Новой Гвинеи) более крупную группу — острова Схаутена2. Но когда их корабль подошел к Молуккам, он попал в руки моряков Ост-Индской компании. Ле-Мера и Схаутена арестовали за нарушение торговой монополии и отправили на компанейском судне в Голландию. Якоб Ле-Мер умер в пути, Биллем Схаутен на родине был освобожден. Его «Дневник или описание удивительного путешествия», изданный в Амстердаме на французском языке в 1619 г., выдержал около сорока изданий.

Поиски «острова, богатого золотом и серебром». Экспедиции Кваста-Тасмана и Фриза — Схепа

Агенты Нидерландской Ост-Индской компании, монопольно торговавшей с Японией, вели жизнь заключенных на искусственном островке Дэсима в бухте Нагасаки и все-таки собирали сведения как о самой Японии, так и о дальневосточных морях. Сбором таких сведений занимались и голландские моряки, плававшие в дальневосточных морях. Те и другие слышали от португальцев-мирян и от иезуитов, посещавших Китай и Японию, об «острове, богатом золотом и серебром», к востоку от Японии. Голландцы смешали эту средневековую легенду с рассказами о действительных землях, находящихся к северу и западу от главного японского острова — Нипон (Хонсю).
  В 1639 г. правитель Нидерландской Индии Антон Ван-Димен послал из Батавии к берегам Японии на поиски богатого острова корабль под командой Маттиса Кваста. Кормчим у него был Абель Тасман, 36-летний моряк, в минувшем (1638) году, по-видимому, впервые плававший из Голландии в Индию. Вся команда судна состояла из 45 человек.
  Путь судна шел мимо Филиппин, карту которых Кваст и Тасман уточнили. Они коснулись восточного берега Хонсю у 37° с. ш., повернули оттуда на восток и долго шли в этом направлении в напрасных поисках богатого острова. Остановила их какая-то эпидемия, вспыхнувшая на корабле. На обратном пути они увидели берег Японии у 35° с. ш. — юго-восточный выступ Хонсю и, следуя далее на юго-запад, пересекли меридиональную цепь небольших вулканических островов (Идзуситито). Эпидемия усиливалась, большая часть людей на борту умерла. Корабль обогнул остров Кюсю, и через Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря вернулся в Батавию. Из всей команды Кваста осталось в живых только 7 человек, в том числе Тасман: с таким малым числом людей он довел корабль до Явы. Именно тогда Ван-Димен обратил внимание на кормчего, который вскоре обессмертил и свое и его имя.
  В 1643 г. Ван-Димен вторично организовал экспедицию для поисков «золотых и серебряных островов» в японских водах. Во главе экспедиции он поставил Мартина Герритсзона де Фриза (Тасман в это время выполнял другое задание Ван-Димена). В распоряжение Фриза были даны два корабля: «Кастрикум» под командой самого Фриза и «Брескенс» под командой Хендрика Корнелисзона Схепа. В 1643 г. экспедиция вышла из Батавии к берегам Японии. К юго-востоку от Хонсю во время бури корабли разлучились. Фриз повел свой корабль на север вдоль восточного берега Хонсю и в июне подошел к острову Йессо (Хоккайдо) у 42° с. ш., то есть к его южному выступу близ мыса Эримо. В этом районе его судно посетили бородатые люди: первая встреча европейцев с айнами. Двинувшись дальше на северо-восток и поднявшись приблизительно до 45°30' с. ш., Фриз увидел полосу суши, разорванную широким проливом на два участка. Он прошел на север через пролив Фриза в Охотское море. Землю, лежащую к юго-западу от пролива, Фриз назвал островом Штат о в; это был остров  Курильской цепи, но Фриз принял его за северо-восточный выступ Йессо; землю к северо-востоку от пролива (остров У р уп) он принял за выступ Америки и назвал его Землей Компании.
 В Охотском море Фриз дошел до 48° с. ш.,но из-за противных ветров вынужден был повернуть на юг и снова коснулся Йессо близ 45° с. ш. Оттуда он опять повернул на север и 26 июля за 46° с. ш. открыл широкий залив Анива. У берега его, на 46°36'с. ш.,где находился поселок айнов, «Кастрикум» бросил якорь. Это был южный берег Сахалина, впервые, таким образом, посещенный европейцами. На пути туда Фриз прошел в густом тумане пролив (Лаперуза), отделяющий Сахалин от Йессо, но не заметил этого. Судя по его отчету, сахалинские айны правильно указывали, что их земля «простирается от Татарии (Восточной Азии) на севере до Иессо — на юге» и что Йессо большая земля, к югу от которой находится Нипон (Хонсю), а к юго-западу — Корея (Чосон), но Фриз сделал из их указаний неправильный вывод. Через два дня, обогнув юго-восточную оконечность Сахалина, мыс Анива, и повернув на север, Фриз открыл у 49° с. ш. другой залив — Терпения.
  Из-за противных ветров и туманов Фриз отказался от дальнейшего исследования Сахалина и повернул на юго-восток. Затем он напрасно искал в океане между параллелями 37—38° с. ш. «богатый остров», причем удалился от берега Хонсю на 450 миль (неизвестно каких). Во время своего плавания Фриз хорошо (для его времени) изучил свойства Куро - Сиво: ему первому принадлежит честь описания этого теплого течения — «Гольфстрима Тихого океана».
  Схеп на «Брескенс», разлучившись с Фризом, пошел на север вдоль восточных берегов Хонсю и Хоккайдо, не заметив Сангарского пролива (Цугару) между этими островами, потерял из виду берег и снова увидел его между 47 и 48° с. ш. Это могли быть только Курильские острова, и притом небольшие, в центральной части цепи; однако Схеп принял открывшуюся перед ним землю за выступ Америки. Он не решился обследовать новый берег, повернул на юг и достиг Хоккайдо. Там он высадился на берег с девятью матросами и попал в плен к японцам. Остальные моряки ушли на корабле «Брескенс» на восток, также напрасно искали в полосе между 37—38° ю. ш. «богатый остров», причем продвинулись на восток на 480 миль и вернулись, как и «Кастрикум», в Батавию.

                               Фантастические Земли Йессо и Жуана-да-Гамы

В результате экспедиции Фриза — Схепа у голландцев сложилось представление, отразившееся на их картах, что к северу от Нипона (Хонсю) на огромном протяжении до Северной Азии («Татарии») тянется очень большая земля — Йессо. А так как Фриз и Схеп «видели» берег Америки на востоке, то эта северная Земля Йессо на некоторых картах показывалась отделенной только узким проливом от выступа Северной Америки.
  Еще один сомнительный вклад в картографию северной части Тихого океана сделал португальский главный космограф Тейшейра: он составил в 1649 г. карту, на которой под 44—45° с. ш. изображен южный берег очень большой земли. На карте была сделана надпись, что этот берег видел «Жуан-да-Гама из Индии», когда плыл «из Катая в Западную Индию» (Центральную Америку). К западу от этой «Земли Жуана-да-Гамы» нанесены острова, в том числе, по-видимому, и «Земля Штатов», открытая Фризом.
  Таким образом, благодаря фантазии, а может быть, и сознательной лжи моряков, географов и картографов, северная часть Тихого океана была заполнена по крайней мере двумя большими Землями — Йессо и Жуана-да-Гамы. Вере в существование этих фантастических или крайне преувеличенных по своим размерам земель через сто лет нанесла сильный удар "Вторая Камчатская экспедиция Беринга — Чирикова 1741—1742 гг. Но и после нее Землю Жуана-да-Гамы искали несколько десятков лет — до конца XVIII в.


Просмотров: 618