АНГЛИЙСКИЕ ПОИСКИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ПРОХОДА И ПЕРВЫЕ ОТКРЫТИЯ В ЗАПАДНОЙ АРКТИКЕ

ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ

Три экспедиции Фробишера: начало открытия Канадского архипелага, Три экспедиции Девиса: открытие и исследование Девисова пролива, Плавания Гудзона в Гренландском и Баренцовом морях и вторичное открытие «Большой Северной реки» (реки Гудзон),
Открытие Гудзонова залива и гибель Гудзона, Дальнейшие открытия в Гудзоновом заливе (экспедиции Баттона и Байлота — Баффина), Открытие Баффинова залива и северо-западной Гренландии (вторая экспедиция Байлота—Баффина), Завершение открытия Гудзонова залива (экспедиции Мунка, Фокса и Джемса)

АНГЛИЙСКИЕ ПОИСКИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ПРОХОДА И ПЕРВЫЕ ОТКРЫТИЯ В ЗАПАДНОЙ АРКТИКЕ

Расширение для заработка в браузере без вложений

         ТРИ ЭКСПЕДИЦИИ ФРОБИШЕРА: НАЧАЛО ОТКРЫТИЯ КАНАДСКОГО АРХИПЕЛАГА

В последней четверти XVI и в начале XVII в. английские моряки совершили ряд плаваний с целью найти Северо-западный проход из Атлантического в Тихий океан. Первым — после отца и сына Каботов — возобновил поиски прохода с целью дойти до Китая, обогнув с севера Америку, морской офицер Мартин Фробишер. Он нашел покровителей — вельмож и купцов, не очень, впрочем, щедрых: снаряжены были три судна — два барка по 15 т и пинасса (вспомогательное судно) в 10 т.
  Фробишер в июне 1576 г. обогнул Шотландию и 11 июля увидел под 61° с. ш. высокую, покрытую снегом землю «Фрисланд» (Гренландию). Здесь пинасса погибла со всей командой, один барк дезертировал, но Фробишер на своем барке «Габриель» с командой в 23 человека продолжал плавание. Он обогнул южную оконечность Гренландии, взял курс на запад с уклоном к северу и 20 июля к 63° с. ш. открыл два высоких «мыса» (в действительности — два острова). Пройдя между ними, он проник в узкий залив, который принял за желанный проход и, думая, что он в этом подражает Магеллану, назвал его проливом Фробишера. Он прошел мнимым проливом на северо-запад 50 миль, «имея с правой руки... азиатский материк, который здесь отделялся от американской суши, лежащей по его левую руку». «Американская суша» Фробишера — это юго-восточный полуостров Баффиновой Земли, носящий до настоящего времени латинское название Мета-Инкогнита («Неведомая Цель»): такое условное секретное название дала королева Елизавета, которая сочла, со слов Фробишера, этот участок суши за подступ к Азии. А лежащий к северу «азиатский материк» Фробишера — это выступ той же Баффиновой Земли, называющийся теперь полуостровом Холл в честь моряка с «Габриеля» Джемса Холла.
  В заливе Фробишер встретил смуглых людей, «похожих на татар, с длинными черными волосами, широкими лицами и плоскими носами, одетых в тюленьи шкуры — одинакового покроя у мужчин и женщин. Лодки их также сделаны из тюленьих кож, а под кожей скрывается деревянный киль». Это — первая исторически доказанная встреча европейцев с американскими эскимосами: туземцы, привезенные Кортириалом, могли быть индейцами. Их «сходство с татарами» (монголоидный тип) было в глазах Фробишера дополнительным доказательством того, что он достиг Азии.
  Моряки высаживались на берег и приносили оттуда растения и камни, среди которых был черный камень с желтыми проблесками, принятый Фробишером за золотую руду. Эскимосы завели немой торг с англичанами. Однажды лодка с пятью матросами, отправившимися на торг, пропала без вести. С поредевшей командой, без лодки, Фробишер не рискнул двинуться дальше на запад; к тому же наступила осень, да он и спешил вернуться в Англию, чтобы сообщить там о своем двойном «великом» открытии —пролива в Тихий океан и золотой руды. Захватив с собой эскимоса, Фробишер в конце августа поднял паруса и в начале октября вошел в Темзу.
  Немедленно организована была «Катайская компания», получившая большие привилегии. Фробишеру королева дала титул «главного адмирала всех морей, озер, земель и островов, стран и мест, вновь открываемых, особенно в Катае». Елизавета внесла наибольший пай, снарядила на казенный счет корабль в 200 т. Фробишеру были даны также «Габриель» и дезертировавший барк. Экипаж всех судов состоял из 140 человек, среди которых были и солдаты, и рудокопы. Большой корабль должен был с грузом золотой руды немедленно вернуться в Англию, Фробишер с двумя барками — продолжать исследование своего «пролива» и пройти в Китай или в крайнем случае — так далеко на запад, чтобы окончательно удостовериться, что он находится в другом океане.
  Дойдя до «американской суши» (Мета-Инкогнита), Фробишер заставил своих людей со знаменами высаживаться на берег в нескольких пунктах и при трубных звуках маршировать перед изумленными эскимосами. Но бравый моряк повинен в злостной клевете против эскимосов. Он увидел груду костей в эскимосской хижине и решил, что это человеческие кости и что кроткие жители «края земли» — свирепые людоеды. Он увидел на острове безобразную старуху и решил, что она — дьявол, что вообще на этой земле много дьяволов и назвал ее «островом Демонов». Из-за льдов Фробишер не мог (или не хотел) форсировать «пролив». Он спешно наполнил трюмы большого корабля и малых судов «драгоценным» грузом (более 200 т камня). В сентябре торжествующий мореплаватель был уже в Англии. Золотая лихорадка охватила англичан, особенно после того, как королевская «ученая» комиссия установила, будто в руде действительно содержится много золота и «пролив» Фробишера действительно ведет в «Катай».
  К следующему году снаряжены были под начальством Фробишера пятнадцать судов: больших (военных и грузовых) и небольших для дальнейших открытий. Такой флотилии Англия никогда еще не посылала за океан. В конце мая 1578 г. Фробишер в третий раз пустился в путь с тройным заданием: 1) основать колонию и построить крепость у «пролива» ввиду того, что новооткрытая золотая страна, естественно, могла привлечь жадное внимание других морских держав; 2) немедленно приступить к эксплуатации золотых рудников; 3) продолжать с малыми судами исследование «пролива» и дойти по возможности до «Катая».
  У входа в забитый льдами «пролив» в начале июня во время снежной бури один из самых больших кораблей столкнулся с ледяной горой и затонул; экипаж его с трудом спасся. Остальные суда, рассеянные и отброшенные бурей на юг, попали в широкий, свободный от льда пролив, за которым на западе было видно свободное море, причем берег «американской суши» сильно уклонился к югу. Суда блуждали там некоторое время, пока Фробишер не собрал их. Он повел флотилию на северо-восток, причем открыл проход между землей (полуостровом) Мета-Инкогнита на западе и группой небольших островов (Резольюшен, Эджел и др.) на востоке. Теперь, даже в глазах самого Фробишера, Мета-Инкогнита не могла быть материком, так как была расположена между двумя проливами: одним настоящим — на юге (Гудзонов пролив), другим мнимым — на севере (залив Фробишера). У моряков возникло представление, пока очень смутное — о наличии большого архипелага на северо-западе Атлантического океана. Однако хоть Фробишер действительно видел подлинную Гренландию, положил начало открытию Баффиновой Земли и входил в широкие проливы, которые позднее стали называться Девисовым и Гудзоновым, он внес большую путаницу в карты северо-западной Атлантики. После его плаваний до начала XVII в. картографы называли Гренландией не один, а целых четыре острова, существующий и выдуманные. Но он первый изучил природу айсбергов: он заметил, что они при таянии дают пресную, а не соленую воду, и правильно заключил, что они «рождаются» на суше и сползают в море, как альпийские глетчеры сползают в горные долины.
  Фробишер отказался от постройки крепости у «прохода»: позже он ссылался на то, что во время бури погибла большая часть строительных материалов. Трюмы всех судов были наполнены «золотой рудой», и 31 августа флотилия двинулась обратно. На следующий день новая буря рассеяла все суда, и они поодиночке вернулись в различные английские порты. При разгрузке образцы руды попали во многие руки, в том числе и к любопытным частным специалистам. Но ни один даже самый лучший специалист в мире не мог обнаружить в привезенной руде ни крупинки золота. Величайшее английское заокеанское предприятие XVI в. закончилось величайшим крахом: Мета-Инкогнита оказалась не материком, а островом, «пролив» Фробишера — заливом, в «золотой» руде не было золота.
  После этой неудачи Фробишер навеки простился с Севером. Он последовал примеру пирата Дрейка — искал драгоценные металлы в трюмах испанских кораблей, идущих из «Западной Индии» в Испанию. Затем командовал одним из кораблей, высланных Англией против испанской «Непобедимой армады». Фробишер был убит у берегов Франции при нападении на Брест во время войны Генриха IV Бурбона против реакционной католической «Лиги».

           ТРИ ЭКСПЕДИЦИИ ДЕВИСА: ОТКРЫТИЕ И ИССЛЕДОВАНИЕ ДЕВИСОВА ПРОЛИВА

Мечта найти Северо-западный проход все еще владела английскими умами. Несколько лондонских купцов решили «во славу божию и на пользу отечества отложить в сторону все мысли о золоте и серебре и снарядить корабли с единственной целью открыть морской проход в Индию». Они приобрели два судна водоизмещением в 35—50 т, с экипажем всего 42 человека. Во главе экспедиции был поставлен Джон Девас, «человек очень сведущий в мореходном искусстве».
  Во второй половине июля 1585 г. Девис достиг юго-восточной окраины Гренландии. Но картографическая путаница, внесенная Фробишером, была так велика, что Девис не признал Гренландии и решил, что перед ним какой-то новый остров. Он видел гору? которая поднималась выше облаков, «как громадная сахарная голова». Земля была покрыта снегом, море у берегов забито льдом. Ему казалось, что даже льдины печально стонут у берегов, что вода в море «черная и густая, как стоячее болото». И Девис назвал эту землю «Десолейшен» — страной Отчаяния. Он повернул на юго-запад и через несколько дней потерял из виду эту угрюмую и пустынную землю. Затем он взял курс на северо-запад (обогнув, таким образом, южную оконечность Гренландии) и, продвигаясь вдоль западного берега острова, открыл у 64° с. ш. отличную гавань в спокойном фьорде (теперь Готхоб). Он нашел там селение эскимосов и вступил с ними в немой торг.
  В начале августа Девис повернул в море, тогда свободное ото льда, и двинулся дальше в северо-западном направлении. Пройдя около 600 км, он коснулся на западе суши почти у самого полярного круга. Девис решил, что зашел слишком далеко к северу, и повернул на юг. Следуя вдоль очень извилистого берега этой (Баффиновой) земли, он вступил в очень широкий залив (Камберленд), который вел его в глубь страны, на северо-запад. Он прошел в этом направлении много десятков километров, но залив не кончался и не суживался. Тогда Девис решил, что он нашел Северо-западный проход, и поспешил обратно в Англию с этой приятной вестью.
  В следующем, 1586 г. Девис с тремя судами отправился в тот же фьорд у 64° с. ш. На этот раз он пробирался оттуда с большим трудом среди льдов к противоположному берегу (к Баффиновой Земле) и не мог проникнуть в «пролив». Две недели плыл Девис вдоль кромки льда. Погода изменилась, в холодном тумане паруса и снасти покрылись ледяной коркой. Экипаж стал роптать. Девис отпустил домой два судна, а на третьем продолжал путь сквозь туманы и льды. В начале августа у полярного круга он снова коснулся суши и вдоль берега поплыл к югу.
  Девис искал пролив для прохода в Китай, но не нашел его: вероятно, пролив был забит льдом. Он продолжал плавание в том же направлении, пока не достиг Лабрадора, не заметив Гудзонова пролива. Он пробовал высадиться на берег полуострова, но эскимосы, по его словам, убили там двух матросов. Был уже сентябрь, и Девис повернул на родину.
  Лондонские купцы, снарядившие экспедицию, были, конечно, огорчены ее «ничтожными» результатами: ни дороги в Китай, ни ценных товаров Девис не привез с собой. Но он обратил внимание купцов на то, что встречал в проливах, открытых им, множество китов и видел сотни тюленей на берегах. Купцы снова снарядили экспедицию, но взяли с Девиса торжественное обещание — не упускать удобного случая для китовой ловли и зверобойного промысла. Главной целью этой экспедиции была, следовательно, добыча ворвани и тюленьих шкур; открытие же Северо-западного прохода стало второстепенным делом.
  И снова, уже в третий раз, в 1587 г. Девис бросил якорь у гренландских берегов. Он оставил два больших судна у юго-западного берега Гренландии и поручил им использовать время наивыгоднейшим образом, а сам на малом судне решил продолжать поиски Северо-западного прохода. Сначала он поплыл вдоль гренландского берега к северу, и на этот раз прошел далеко за полярный круг, до 72° 12' с. ш., а отойдя от берега — до 73° с. ш. Когда льды и здесь остановили его, он повернул к западу и в середине июля достиг противоположного берега пролива. Пытаясь найти проход к земле Мета-Инкогнита, он повернул на юго-восток по направлению береговой линии. Затем берег круто повернул на юго-запад, и Девис как будто достиг своей цели: он был, казалось, у входа в долгожданный пролив. Это не был залив Фробишер, а другой, более северный залив (Камберленд), где Девис уже побывал в 1585 г. Два дня он плыл на северо-запад, пока правильно не решил, что не найдет там выхода.
  Девис вышел из залива и возвратился к тому месту у юго-западной Гренландии, где должны были ожидать его другие суда. Но те уже ушли в Англию, и Девис вернулся поздней осенью на родину на своем плохом судне, страдая от недостатка провианта и пресной воды. Напрасно умолял он купцов дать ему средства на четвертую экспедицию, за успех которой он ручался. Ему отказали, и он, как и Фробишер, вместо полярных морей стал посещать моря тропические. Он совершил пять плаваний в Ост-Индию и в конце 1605 г. был убит в районе Малакки в битве с малайцами.

ПЛАВАНИЯ ГУДЗОНА В ГРЕНЛАНДСКОМ И БАРЕНЦОВОМ МОРЯХ И ВТОРИЧНОЕ ОТКРЫТИЕ
«БОЛЬШОЙ
СЕВЕРНОЙ РЕКИ (ГУДЗОН)

В 1607 г. купцы английской торговой «Московской компании» приняли на свою службу ранее почти неизвестного пожилого капитана Генри Гудзона, лондонского жителя. За их счет он снарядил парусник в 80 т с командой в 12 человек. На таком судне Гудзон собирался пройти в Японию прямо через Северный полюс.
  1 мая 1607 г. Гудзон вышел из устья Темзы и в июне, двигаясь при исключительно благоприятных ледовых условиях вдоль восточного берега Гренландии, достиг у 73° с. ш. того выступа, который позднее был назван Землей Гудзона. Из-за льдов он повернул на северо-восток и в конце июня увидел остров, который, по-видимому, принял за Новую Землю; на самом же деле это был Западный Шпицберген. Он обогнул остров с севера и в середине июля впервые в истории достиг 80°23' с. ш. Встретив непроходимые льды, Гудзон повернул обратно и у 71° с. ш. открыл небольшой одинокий остров с двумя вершинами, который он назвал «Зубцами Гудзона». Но он не мог точно определить положение «Зубцов»; остров через четыре года был вторично открыт голландским капитаном Яном Майеном, который дал ему свое имя, закрепившееся на картах.
  В середине сентября Гудзон вернулся в Лондон. Кроме больших географических достижений, его плавание имело и важное практическое значение: Гудзон подтвердил сведения о богатых возможностях китобойного и зверобойного промыслов в той исследованной им части Северного Ледовитого океана, которая теперь называется Гренландским морем; и английские и голландские промышленники немедленно воспользовались его указаниями. Но купцы «Московской компании» были недовольны, так как прямое задание — достичь через Северный полюс Японии — не было выполнено (впрочем, оно на парусном судне и не выполнимо).
  Все-таки купцы в следующем же, 1608г. вторично послали Гудзона в моря Дальнего Востока на этот раз северо-восточным путем, даже увеличили команду его судна на два человека. В море капитан взял с собой сына; это он делал и в следующих плаваниях. 22 апреля 1608 г. Гудзон вышел из устья Темзы и 26 июня достиг юго-западного берега Новой Земли, но не мог ни обогнуть ее с севера, ни пробиться через Карские Ворота на восток в Карское море и ни с чем вернулся на родину (26 августа).
  Лондонские купцы рассчитали неудачливого капитана, и он вынужден был перейти на службу недавно организованной (1602 г.) Голландской Ост-Индской компании. Она также стремилась открыть для торговли с Восточной Азией Северный морской путь, и это задание возложила на Гудзона. Команда на предоставленном ему судне состояла из англичан и голландцев, и нужно сказать, что он не поладил ни с теми, ни с другими. 25 марта 1609 г. Гудзон вышел из залива Зейдер-Зе на север; он обогнул мыс Нордкап, достиг в Баренцовом море 72-й параллели, встретил там тяжелые льды и вынужден был, в значительной мере— под давлением недисциплинированной команды, отступить и повернуть на юго-запад. В этом направлении он, выдержав сильный шторм, пересек Северную Атлантику, подошел к американскому берегу у 44° е.. ш. и начал поиски прохода в Тихий океан. От залива Мэн он спустился вдоль берега к югу за 36-ю параллель, не найдя желанного прохода, повернул на север, на этот раз внимательно исследуя побережье.
  Гудзон напрасно заходил в заливы Чесапикский и Делавэр, а у 40°,5 с. ш. вошел в бухту, которую принял сначала за вход в желанный пролив. Но она оказалась устьем «Большой Северной реки», как назвал ее Гудзон, открытой Верраццано. Гудзон поднялся вверх по ее течению почти на 200 км и, отчаявшись в попытке найти пролив или собрать хотя бы сведения о нем, спустился к морю и вернудся в Европу. Неизвестно, по какой причине он не направился прямо в Голландию, а зашел в порт Дортмут (юго-западная Англия). Здесь голландский корабль был задержан, а Гудзон и другие моряки-англичане сняты с судна.

             ОТКРЫТИЕ ГУДЗОНОВА ЗАЛИВА И ГИБЕЛЬ ГУДЗОНА

Служба на иностранном флоте не считалась все же изменой и уже в следующем году английская Ост-Индская компания взяла Гудзона к себе на службу. Директора компании дали Гудзону для поисков Северо-западного прохода маленькое судно «Дисковери» («Открытие») в 55 т с командой в 23 человека. Они не вполне доверяли капитану: стало известно, что во время прошлого плавания к американским берегам моряки были очень недовольны своим командиром и это недовольство несколько раз грозило перейти в открытый бунт. Поэтому директора назначили старшим офицером «Открытия» незнакомого Гудзону моряка, которого они считали вполне надежным человеком.
  17 апреля. 1610 г. Гудзон вышел из Лондонского порта. В устье Темзы он высадил на берег навязанного ему «наблюдателя». Выйдя в море, он взял курс на Исландию. Уже на этом переходе поднялся ропот среди команды, с которой капитан и на этот раз никак не мог поладить. От Исландии Гудзон перешел к восточному берегу Гренландии. Там он начал спускаться на юг, напрасно отыскивая проход в Тихий океан, обогнул южную оконечность Гренландии, а оттуда повернул на запад. Он искал пролив у северного берега таинственной земли — Мета-Инкогнита, открытой Фробишером; не найдя там прохода, он обогнул «Мету» с юга и 5 июля попал в настоящий пролив (Гудзонов). Медленно, на ощупь вел свое судно Гудзон вдоль северного берега пролива, забитого льдами. 11 июля он выдержал здесь сильный шторм, перешел к противоположному берегу и вторично открыл там залив Унгава, а затем закончил открытие всего северного побережья Лабрадора.
  2 августа у 63°20 с. ш. показалась земля, которую Гудзон принял сначала ва выступ материка (в действительности же это был остров Солсбери). На следующий день судно обогнуло этот «выступ», и перед моряками открылось на западе, под бледными лучами северного солнца, широкое серебристо-голубое пространство — открытое, свободное от льда, спокойное море.
  3 августа 1610 г. Гудзон внес следующую запись в судовой журнал: «Мы пошли [на запад] по узкому проходу между островами Дигс и Лабрадором. Мыс у выхода из пролива с южной стороны я назвал Вулстенхолм». Это последняя запись, сделанная рукой Гудзона. На ней журнал обрывается. Остальное через полтора года досказал в Лондоне матрос Абаку к Приккет, вернувшись в Англию на «Открытии».
  За мысом Вулстенхолм берег круто повернул к югу. Судно шло несколько недель вдоль берега. На западе на большом расстоянии от материка в ясную погоду видна была суша, и моряки думали, что это — противоположный берег широкого пролива, который ведет их к «Южному морю»—Тихому океану. На самом же деле это были цепи островов, которые протягиваются вдоль западного берега Лабрадора в 50—150 км от него (Мансел, Оттава, Ту-Бротерс, Слиперс, Короля Георга, Белчер). В конце сентября, пройдя на юг по мнимому проливу более 1200 км, моряки оказались не в открытом море, а в сравнительно небольшом заливе (Джемс). Среди команды вспыхнуло недовольство, и капитан якобы высадил на берег моряка, которого считал главным смутьяном. В ноябре у южного берега залива, на широте около 53°, судно было окружено льдами и вытащено на берег. Зимовка проходила в сносных условиях: в топливе недостатка не было, а охота на птицу часто давала много пищи.
  В середине июня следующего, 1611 г. судно спустили на воду. Началось медленное продвижение на север. Через неделю недовольство команды перешло в открытое возмущение; бунтовщики бросили в лодку Генри Гудзона с мальчиком-сыном, помощника штурмана и еще шесть человек, верных капитану, и оставили их на произвол судьбы — без оружия и без продовольствия. Единственный уцелевший офицер — штурман Роберт Байлот — привел осенью 1611 г. «Открытие» обратно в Англию. На родину вернулось 13 человек.
  К капитану-неудачнику пришла редкая посмертная слава: «Большая Северная река», которую он принял сначала за путь в Китай, названа его именем — рекой Гудзон; пролив, вход в который указан его предшественниками, назван Гудзоновым проливом; море, ставшее его могилой, — Гудзоновым заливом.

ДАЛЬНЕЙШИЯ ОТКРЫТИЯ В ГУДЗОНОВОМ ЗАЛИВЕ (ЭКСПЕДИЦИИ БАТТОНА И БАЙЛОТА-БАФФИНА)

Как только уцелевшие спутники Гудзона вернулись в Англию, там организована была «Компания лондонских купцов, отыскавших Северо-западный проход»: так велика была уверенность в том, что только сравнительно небольшое расстояние отделяет «Западное море» Гудзона от Восточной Азии и что англичане могут немедленно начать выгодную торговлю с Китаем и Японией, с тихоокеанскими странами Южной Америки и даже ... с Соломоновыми островами. Снаряжены были два корабля под начальством Томаса Баттона. Поиски Гудзона и его товарищей менее всего занимали предпринимателей: в инструкции, данной Баттону, прямо сказано, что он должен «выйти в противоположный океан на широте примерно 58°», хотя точно было известно, что Гудзон был брошен бунтовщиками за сотни миль южнее; да и сам Баттон, как видно будет из дальнейшего, и не думал обследовать то побережье (западный берег Лабрадора), у которого совершено было преступление.
  Летом 1612 г. Баттон, пройдя Гудзонов пролив и продолжая путь на запад, обнаружил с правой руки по ходу судна землю (остров Саутгемптон) и прошел вдоль южного берега, приняв ее за архипелаг. Затем он повернул на юго-запад, предполагая, что идет к Китаю, но вскоре у 60°4(У увидел берег какой-то новой большой земли. Баттон хотел обогнуть ее с юга и прошел до 58°40' с. ш. (залив Баттон), где берег круто поворачивал, но не на запад, как он надеялся, а на восток; и он так был разочарован, что назвал новую землю, то есть западный берег Гудзонова залива, «Обманутой Надеждой». Затем берег снова повернул на юг и, следуя в этом направлении, Баттон открыл устье большой реки Нельсон (у 57° с. ш.). Здесь корабли стали на зимовку. Хоть зима и была мягкая, смертность среди моряков, вероятно, из-за цинги, была так велика, что не хватало рук для управления двумя судами, и один корабль пришлось бросить. Лед на реке прошел уже в начале апреля, но залив был покрыт льдом еще три месяца.
  В июле 1613 г. Баттон прошел снова, но в обратном направлении, вдоль западного берега Гудзонова залива; он продвинулся в поисках западного прохода за 64-ю параллель, пока не достиг входа в какой-то суживающийся залив или пролив, который вел на север — с уклоном к востоку. Баттон дал ему латинское название «Nec ultra» («Не дальше», теперь пролив Рос-Уэлком). Разочарованный мореплаватель не стал его исследовать, 29 июля взял курс на восток и осенью вернулся в Англию с новостью, очень неприятной для пайщиков «Компании Северо-западного прохода». О пропавшем без вести Гудзоне и его спутниках никто из них и не вспомнил.
  Так как западный проход мог быть севернее 65-й параллели, до которой, по его заявлению, доходил Баттон, то компания отправила на разведку небольшое судно (55 т) под командой Роберта Байлота. Штурманом у него был еще молодой (родился в 1584 г.), но опытный полярный мореход, Вильям Баффин, не раз плававший в Гренландском море. 30 мая они были у входа в Гудзонов пролив, где «открыли» остров Резольюшен (возможно, названный так в честь судна Байлота), вернее, определили его положение, так как, несомненно, его видели еще люди Фробишера в 1578 г. Далее у северного берега открыты небольшие острова Савидж, а у выхода из пролива — остров Милл (у 64° с. ш.). 10 июля с судна увидели большой остров Саутгемптон и два дня шли вдоль его берега в северо-западном направлении, пока у входа в какой-то «залив» (на самом деле пролив Фрозен) не были остановлены льдами. Пришлось идти обратно и при этом был исследован весь восточный берег острова Саутгемптон. Близ его юго-восточной оконечности судно оставалось до конца июля, а затем двинулось в обратный путь. В отчете, представленном Компании, Баффин писал: «Нет сомнения, что проход все же существует, но я не уверен, что он идет по проливу, называемому Гудзоновым, и склонен думать, что нет...»

ОТКРЫТИЕ БАФФИНОВА ЗАЛИВА И СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ ГРЕНЛАНДИИ (ВТОРАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ БАЙЛОТА-БАФФИНА)

Весной 1616 г. на том же небольшом компанейском судне с командой в 17 человек Байлот и Баффин вышли на поиски Северо-западного прохода со стороны Девисова пролива. 5 июля они достигли 78°45' с. ш. До середины XIX в. ни одно судно в этой части не заходило так далеко на север. Открыты были: западное побережье Гренландии между 72 и 76° с.ш., залив Мелвилл, выступ северо-западной Гренландии между 76 и 78° 45' с. ш. (полуостров Хейс) и пролив Смит, отделяющий с северо-запада этот полуостров от противоположного берега (Земли Элсмира). В узком месте этого пролива лед в начале июля был непроходим, и тогда Байлот повернул на юг. На этой стороне открыт был залив Смит, а южнее, за выступом 76-й параллели, забитый льдом вход в пролив Джонс (между островами Элсмира и Девон). Еще южнее, у 74°,5 с. ш., открылся очень широкий, но опять-таки забитый льдом вход в пролив Ланкастер (между островами Девон и Байлот). Байлот продолжал путь теперь уже на юго-восток и шел так до полярного круга около 1 тысячи километров, по направлению берега огромной земли: ее с того времени называют — в честь ученого, красноречивого и владеющего пером штурмана — Баффиновой Землей. Ни сам Баффин, ни Байлот ни разу не высаживались на Баффинову Землю: от пролива Ланкастер судно шло на некотором расстоянии от берега, огражденного широкой полосой неподвижного льда. Многие моряки болели цингой, и Байлот у полярного круга повернул на юго-восток и в конце августа привел судно в Англию.
  Баффину приписывают в одно и то же время и открытие «ворот» к двум проливам, действительно ведущим в Тихий океан, и закрытие этих «ворот». Подлинная честь открытия, как видно из рассказа об экспедиции, должна быть поделена между полузабытым капитаном Байлотом и его удачливым штурманом, чьим именем назван не только один из величайших островов на Земле (512 тыс. кв. км), но и полузамкнутое море, расположенное между Гренландией и Баффиновой Землей, по площади большее, чем Балтийское — Баффинов залив. Сомнительная честь закрытия приполярных западных «ворот», несомненно, принадлежит одному Баффину: сохранилось его письмо к знатному покровителю экспедиции, где он прямо говорит, что «нет ни прохода, ни надежды на проход в северной части Девисова пролива» (то есть в Баффиновом заливе)- Ему поверили, «Компания Северо-западного прохода» была ликвидирована. В 1622 г. Баффин умер в возрасте 38 лет.

ЗАВЕРШЕНИЕ ОТКРЫТИЯ ГУДЗОНОВА ЗАЛИВА (ЭКСПЕДИЦИИ МУНКА, ФОКСА И ДЖЕЙМСА)

Поисками Северо-западного прохода заинтересовалось и датское правительство. В 1619 г. в Гудзонов залив был послан из Дании с двумя малыми судами норвежский моряк-полярник Иене Мунк. В июне он вошел в Гудзонов пролив и, пройдя его, повернул на юго-запад, отыскивая, вероятно, проход в Тихий океан (сведения об экспедиции очень скудны). Зимовала экспедиция в устье реки, позднее названной Черчилль (впадает в залив Баттон). Зима была здесь исключительно суровой; к лету 1620 г. погибли все моряки, кроме Мунка и еще двоих. Летом все трое поправились, питались рыбой и птицей, сделали себе запасы в дорогу и, бросив одно судно, на другом добрались до Копенгагена 25 сентября 1620 г., «скорее похожие на тени, чем на людей».
  В 1631 г. англичане снова занялись поисками Северо-западного прохода — на этот раз со стороны Гудзонова залива. Средства на поиски дали бристольские купцы, снарядившие небольшое судно под командой Томаса Джемса. Другое, большее судно, «Кинг-Чарлз» (70 т) дал английский король Карл I Стюарт, а средства на снаряжение и наем экипажа — лондонские купцы. Командиром этого судна был приглашен Льюк Фокс, пожилой капитан, с Фоксом, Джемс в сентябре исследовал все побережье юго-восточного бассейна Гудзонова залива, позднее названного его именем (залив Джемс). Густой туман и льды помешали его возвращению. Зимовал он на крайнем юге залива на острове Чарлтон (у 52° с. ш.). После тяжелой и суровой зимы, потеряв часть команды и только в конце июня 1632 г. освободив судно от льда, Джемс 2 июля оставил Чарлтон и 22 октября прибыл в Бристоль.
  После экспедиций Баттона, Фокса и Джемса все побережье Гудзонова залива и почти все его острова были нанесены на сравнительно точные (для того времени) карты. Западный проход мог быть только со стороны Бассейна Фокса, совершенно не исследованного за полярным кругом, но он казался тупиком. Только через двести лет снова пришел туда с решающими результатами Вильям Парри (1821—1822 гг.), который с помощью эскимоски Иглу-лик «разомкнул» Гудзонов залив.


Просмотров: 582